История Перми

« вернуться

Пермский университет. Воспоминания.

  

Здание Пермского университета
на Заимке

1 октября 1916 года в губернском центре открылось отделение Петроградского университета и жителям Прикамья открылась дорога к высшему образованию. В дальнейшем, учебное заведение было преобразовано в Пермский Государственный Университет. Пермские краеведы неоднократно освещали историю становления университета, используя в основном «сухие» факты и общеизвестные данные. Мы публикуем рассказ, написанный  непосредственным очевидцем и участником событий тех лет.

Александр Петрович
Соколов

   Осенью 1917 года 20-ти летний сын личного почетного гражданина (уроженец Калужской губернии) и выпускник Калужской Духовной семинарии – Александр Петрович Соколов, отправился в Пермь, чтобы получить медицинское университетское образование. Окончив университет в 1924 году, Александр Петрович остался в Перми и посвятил всю свою жизнь медицине. Будучи учеником и соратником известнейшего светилы советской медицины - Василия Николаевича Парина, А.П.Соколов стал высокопрофессиональным специалистом, защитив докторскую диссертацию и возглавив в 1939 году кафедру оперативной хирургии. В годы Великой Отечественной войны  Александр Петрович, кроме преподавательской деятельности работал и ведущим хирургом Пермского военного эвакопункта. За период войны, под руководством Александра Петровича было проведено более 3000 операций. И до глубокой старости хирург-практик передавал свои знания студентам Пермского медицинского института.

 

В 1975 году профессор Соколов пишет мемуары «Мои студенческие годы», посвященные своей учебе в Пермском университете.  Воспоминания на долгие годы легли «в стол» и только сейчас появилась возможность их опубликования. Мы предлагаем к прочтению две главы рукописи, которые посвящены первым дням жизни в Перми молодого абитуриента и его знакомству со студентами-новичками. Стилистика автора сохранена.

 

 

 


МОИ СТУДЕНЧЕСКИЕ ГОДЫ

А.П.Соколов.

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В ПЕРМИ.

  

Выпускник-семинарист
Александр Соколов

В Пермь прибыл в начале октября 1917 года. Путь из Калуги до Перми был сложным и утомительным. Вследствие Всероссийской забастовки железнодорожников пришлось добираться до Перми окружным путем через Челябинск, Екатеринбург (Свердловск) с двумя пересадками. В пути сблизился с рабочим Мотовилихинского завода (фамилию его не помню). Это был вполне интеллигентный человек с широким общим и политическим кругозором. Он ознакомил меня с историей рабочего движения на Урале и в частности с революционной деятельностью Мотовилихинских рабочих. В Пермь приехал поздно вечером, и мой спутник предложил переночевать у него.

Утром направился в канцелярию университета. Правление находилось в доме Камчатова на Красноуфимской (ныне  Куйбышева) улице. Входил в правление с трепетом и волнением. Секретарь по студенческим делам Фердинанд Карлович Лямберт принял очень любезно, быстро оформил все необходимые документы, выдал ордер на общежитие и сообщил адреса расположения кафедр и студенческой столовой. Ф.К.Лямберт – рослый крупный мужчина, был высококультурным человеком. Обладая феноменальной памятью, он большинство студентов знал по имени и отчеству. Меня поразил исключительный порядок в канцелярии, учтивость в обращении со студентами.

Дом Камчатова

Из канцелярии вышел на берег Камы и долго стоял на косогоре (набережной тогда не было) и смотрел на величественную суровую Каму, на пристань, Мотовилиху. Я не знал тогда, что вся моя последующая жизнь будет связана с Пермью. Мне вспоминалась другая река, родной город, который я оставил. Калуга – старинный и один из красивых городов России. Она прекрасна со своей Окой, Загородным бором, Лавретьевской рощей, садами.

На берегу Камы располагался небольшой сквер, который горожане называли Козьим загоном (ныне сад имени писателя Решетникова). Сквер был неблагоустроен, по нему действительно свободно разгуливали козы и «читали» афиши. В сквере был павильон, в котором я вкусно, сытно и относительно дешево пообедал.

  

Фруктовый рынок

Спустился на пристань. У дебаркадеров стояло много пароходов разных пароходных компаний. Было ежедневно 6-8 отправлений пароходов вниз и 1-2 вверх. Пароходные компании конкурировали между собой, и это сказывалось на пароходных ресторанах. Надо сказать, что кухня на пароходах была отличной, особенно славилась уха из стерляди, которой была так богата Кама. Особенно поразил меня разместившийся у пристани фруктовый рынок с его обилием и разнообразием разного рода фруктов.

Напротив пристани – вокзал Пермь I (первый вокзал Перми) своеобразной архитектуры. Он сохранил свой облик и до наших дней. У вокзала и пристани было много извозчиков (другого вида транспорта не было). Рядом с вокзалом большое типовое здание Управления Пермской железной дороги. Поражал своей архитектурной красотой дом пароходчика Н.В.Мешкова, в котором размещается Камское пароходство. Свое знакомство с городом начал с Сибирской улицы (ныне Карла Маркса), прошел через театральный, как говорили, садик. Садик в то время был тенистым, уютным и благоустроенным. Оперный театр привлекал к себе внимание своим внешним видом.

Набережная Камы


По Сибирской улице располагались городская библиотека, мужская гимназия (ныне здание мединститута), правительственные учреждения, губернаторский дом, книжный магазин Софьи Петровской. Улица заканчивалась Сибирской заставой (два обелиска с гербом г.Перми) против сада им.Горького. Здесь по существу  и заканчивалась старая Пермь. Отсюда начинался знаменитый сибирский тракт, по которому на каторгу шли лучшие люди страны – революционеры. За Сибирской заставой шла Слободка, где жили ремесленники, мелкие служащие. Главным зданием Слободки была пересыльная каторжная тюрьма, преобразованная ныне в детский театр и хирургическую стоматологическую клинику после капитальной перестройки. Слободка заканчивалась красными казармами (это обособленный военный городок). Сибирская улица определяла характер старой Перми, и возможно истории ради следовало бы сохранить и название улицы и Сибирскую заставу. Пермь тогда представляла обычный по величине Губернский город (50-60 тысяч) с деревянными тротуарами (кроме центра) с большим количеством по тому времени учебных заведений. В Перми было 14 средних учебных заведений, среди них торговое, коммерческое, речное училища, которые определяли географический и экономический облик города. Пермь славилась своим оперным театром. Был неплохой стационарный цирк Коромыслова, ряд кинематографов. Пермь была со всех сторон окружена лесами, которые хорошо защищали от ветра и пыли. Все улицы прямые и именовались в большинстве названиями уездных городов, входящих в состав  Пермской губернии – Кунгурская, Осинская, Соликамская и т.д.

К вечеру, утомившись, пришел в общежитие, которое помещалось на углу Екатерининской и Кунгурской улиц (Большевистской и Комсомольского проспекта) в деревянном двухэтажном доме купца Трубина.

 

ОБЩЕЖИТИЕ И СТУДЕНТЫ.

Общежитие было неблагоустроенно. Техничка (по современной терминологии) провела меня в небольшую угловую комнату. В комнате стояли голые без тюфяков и постельного белья деревянные топчаны, четыре из них прикрытых газетами. На пятом газеты не было. Вот этот топчан мне и предложено было занять. На мой недоуменный вопрос – это всё? Обслуживающая общежитие ответила «Да. Здесь все сподвижники, все апостолы; и ты будешь среди них». В комнате «апостолов» не было. После продолжительной прогулки я уснул. Проснувшись, увидел сподвижников, пьющих чай. Я охотно присоединился и стал знакомиться. Моим соседом по топчану был студент–естественник Геннадий Цыбаев, окончивший Омское реальное училище. Это был несомненно одаренный человек, но большой скептик и  индивидуалист.  Он ни во что и никому не верил. В действительности это был добрый и отзывчивый товарищ. Будучи сыном рабочего, он добровольцем вступил в ряды Красной Гвардии и ушел на фронт защищать молодую советскую республику. Запомнился мне и второй товарищ по комнате студент-математик Пономарев из гимназистов. Добродушный увалень, горячий полемист с неоформленными политическими взглядами, примыкавший к левому крылу демократов. Остальные двое были из семинаристов Архангельской губернии, замкнутые без выраженной индивидуальности; меняхи, как мы их называли.

Во второй большей комнате размещались не менее двадцати человек. Были здесь и «апостолы», но у большинства были соломенные тюфяки (мы их получили лишь через два месяца). Среди этой группы было два священника в своей традиционной одежде. Один из них студент-медик И.П.Козлов был моим напарником по практическим занятиям по анатомии, достаточно образованный с прогрессивными взглядами. Жили дружно. Никаких пьянок, разврата не было и в помине. Запоем коллективно читали газеты, шумно и страстно обсуждали политические события. Часто посещали оперный театр, в котором были хорошие вокалисты. Я особенно увлекался оперой, ибо с ней до Перми не был знаком (в Калуге был хороший драматический театр). Галерка всегда была переполнена студентами. Реже посещали цирк и очень редко кино. Интерес представляли студенческие сходки. Надо заметить, что пермское студенчество не имело традиций, его можно назвать серым, провинциальным, ибо студенты были выходцами из глухих окраинных губерний. Я не знаю, были ли студенты, кроме меня, из центральных губерний. Имея полную возможность учиться в Московском университете, я выбрал Пермь. Мною руководила, во-первых , романтика (меня манил седой Урал), во вторых в 1917 году в Московском университете не было нормальных условий работы. Мой земляк проф.ботаники Пермского университета (в последствии академик) А.А.Рихтер рекомендовал мне Пермский университет, где можно спокойно и хорошо учиться.

Среди пермских студентов не было белоподкладочников-аристократов бездельников. Не было среди студентов и оформленных политических течений, на сходках больше упражнялись в красноречии. Заметное влияние оказывали эсеро-меньшевиствующие взгляды. Группы большевиков, по-моему не было. Мне известен лишь один большевик студент-юрист Николай Педучев, председатель Пермского Ревтрибунала.

В общежитии много пели и пели, надо сказать, хорошо. Наиболее популярными были студенческие песни московских студентов «Быстры, как волны», казанских студентов «Там, где тинный Булак», «Из страны, страны далекой», «Солнце всходит и заходит», «По пыльной дороге телега несется» и многие другие до революционного периода. С особой эмоциональностью исполнялся международный студенческий гимн «Гаудеамус».

В течение первого семестра по-настоящему делом никто не занимался. Посещение лекций было необязательным.  Практические же занятия были поставлены образцово и серьезно, и выполнение их было обязательным для всех. Однако школярства в виде опроса и поверки знаний не было. Большинство студентов относилось занятиям весьма ответственно. Профессора и преподаватели проявляли к студентам доброжелательность и предъявляли к их знаниям высокие требования.  Учиться было нелегко – гражданская война, хозяйственная разруха, голод, нетопленные аудитории. Но несмотря на это учебный процесс шел ритмично; и наши учителя не делали в своих требованиях скидок на эти условия. Трудно было с учебными руководствами. Книг было мало. Студенческая библиотека учебниками не обеспечивала. Книги были личной принадлежностью. Приходилось прибегать к записи лекций. А некоторые в этом отношении достигали большой виртуозности, почти стенографически  вели запись лекций. Студентов объединяло большое чувство товарищества и дружба; и поэтому все учебники и записки по-братски распределялись среди товарищей. Отрадно сознавать, что среди нас не было собственников. Жизнь в общежитии протекала с открытой душой. Двери общежития никогда не закрывались на замок. В любое время дня и ночи любой человек мог войти в общежитие. Чаще всего к нам заходили солдаты побеседовать на текущие события. В ноябре 1917 года в Перми произошли черносотенные погромы. Обеспокоенная буржуазия, живущая в одном квартале, решила организовать вооруженную охрану. Мы отказались принимать участие в этом деле: нам оберегать было нечего.

Пермь, 1975 год.


 

Персоналии, упомянутые в воспоминаниях:

1. Фердинанд Карлович Лямберт – Фердинанд Карлович Ламберт, секретарь правления, проживал на Заимке в доме Мешкова.

2. Геннадий Цыбаев – Геннадий Иванович Цыбаев, 18.11.1899 г.р., православного вероисповедания, сын цехового, уроженец Пензенской губернии, поступил в Пермский университет на физико-математический факультет, отделение естествознания в 1917 году.

3. Пономарев – вероятнее всего упоминается Пономарев Феодосий Константинович, 06.09.1899 г.р., православного вероисповедания, сын священника, уроженец Пермской губернии, поступил в Пермский университет на физико-математический факультет, отделение математики в 1917 году.

4. И.П.Козлов – Иоанн Петрович Козлов, 06.01.1892 г.р., православного вероисповедания, сын дьякона, уроженец Оренбургской губернии, поступил в Пермский университет на медицинский факультет в 1917 году.

5. А.А.Рихтер – Андрей Александрович Рихтер (1871-1947гг). В 1917 году - секретарь физико-математического факультета Пермского университета, исполнял должность ординарного профессора по кафедре анатомии и физиологии растений, проживал на ул.Большая-Ямская, д.28. А.А.Рихтер – известнейший советский ученый-физиолог дворянского происхождения, в 1921-1923 гг. занимал должность ректора Пермского университета.

6. Николай Педучев – скорее всего Соколов имел в виду Григория Львовича Падучева, 21.09.1896 г.р., православного вероисповедания. Сын крестьянина, уроженец Пермской губернии  поступил в Пермский университет на юридический факультет в 1916 году. На волне революции молодой студент-юрист действительно поднялся до ранга председателя Пермского Ревтрибунала, а в дальнейшем стал председателем губернского суда.

 


« вернуться

тел: 8-912-0600002   


Нумизматический магазин

антикварный магазин

подписка на новости